– Мисс? – позвал Карелла.

Она даже не повернула головы, устремив взгляд прямо перед собой.

– Мисс?

И опять она никак не прореагировала на его присутствие. Вместо этого посмотрела вниз, на улицу, и вдруг, вспомнив, что хороша собой, что сотни глаз устремлены на ее полуголое тело, как бы засмущалась, прикрыла одной рукой грудь и чуть не потеряла равновесие. Она закачалась на мгновение, и рука быстро соскользнула с груди, опять вцепившись в кирпичную стену. Карелла, наблюдавший за ней, внезапно понял, что она не думала о смерти.

– Вы меня слышите, мисс? – спросил он.

– Слышу, – отозвалась она, не оборачиваясь. – Уходите, – голос ее был бесстрастен.

– Хотел бы, да не могу. – Он ждал ответа, но не дождался. – Я должен стоять здесь до тех пор, пока вы не уйдете с карниза.

Девушка коротко кивнула и, не оборачиваясь, сказала:

– Идите домой. Зря теряете время.

– Что бы там ни было, я не могу идти домой, – ответил Карелла, – смена кончается в пять сорок пять. – Он помолчал. – Как вы думаете, сколько сейчас времени?

– У меня нет часов, – отозвалась девушка.

– Ну, а как вы думаете, сколько?

– Не знаю, да и знать не хочу. Послушайте, я понимаю, что вы хотите сделать: вы пытаетесь втянуть меня в разговор, отвлечь меня. Но я не хочу с вами разговаривать. Уходите!

– И вы послушайте, мне ведь тоже не очень-то хочется с вами разговаривать. Но лейтенант приказал: пойди и поговори с той полоумной на карнизе. Вот я и здесь...

– Я не полоумная, – сказала девушка страстно, впервые обернувшись к Карелле.

– Послушайте, я этого не говорил. Это слова лейтенанта.